Winged Teller
После крушения башни наш мир погрузился во тьму. Мы защищались как могли, но увы, защитники другой стороны башни не сдержали неистовый напор балауров и башня рухнула. И вот, нашим миром стала темнота. Но приспосабливаемость человека огромна и постепенно наши глаза привыкли видеть в темноте, на руках и ногах у нас выросли когти, наша кожа потемнела. Мы научились добывать еду в этой, казалось бы пустыне. Всё оказалось не так плохо как по началу, потому как были здесь и животные, мясо которых было вполне съедобно, и культуры можно было выращивать, и свет обделил не все части нашей новой родины.

Шли года и наше поселение росло и крепчало. Неподалёку был источник свежей воды в виде речки, хватало и древесины, которую можно было добыть в лесу в нескольких переходах от деревни, остальное пространство занимали освещаемые блеклым светом поля и луга. На одних выращивали овощи, на других пасся скот. Мелкие невзгоды в виде диких зверей не составляли проблем, быстрое реагирование либо прогоняло, либо устраняло виновников. Время от времени приходили новости о постройке грандиозного города, названного Пандемониум. Можно было гордится моим народом, поднявшимся там, где подняться было делом нелёгким.

Мне шёл девятый год, когда в поселении построили храм для восхваления Аиона. При нём была приходская школа, куда меня отправили учиться. Нас помимо стандартных предметов обучали богослужению. Некоторым, кто верил в Аиона наиболее сильно, бог давал силы лечить, и, как я узнала позже, не только лечить.

Шёл дождь, стучали капли по веткам и листве деревьев. Птицы попрятались в своих гнёздах. Звери залегли в берлогах и затихли. А я гуляла по лесу. Я любила дождь, любила свежий ветер во время и после грозы, живительную влагу, питающую всё живое, льющуюся с неба. Попутно собирала лечебные травы и грибы. В лесу было темно, но что такое темнота для асмодианки. В середине дня решила, что пора возвращаться, путь как-никак не близкий.

К вечеру, когда жарила мясо с собранными грибами, за стеной поселения послышался шум. Через окно было видно, как народ собирается, невзирая на дождь в центре площади и смотрит в небо. А посмотреть было на что. Сияя тёплым светом, там застыли два крылатых божественных создания. Их белые, не загрязнённые тьмой крылья, ясные глаза, не изуродованные, когтями и хвостом тела…они казались нам ангелами, посланными, чтобы привести нас в рай. Они что-то рассматривали внизу и многие бросились к ним с радостными криками и предложением зайти в гости отдохнуть с дороги. Бросились вперёд чтобы…Умереть!

Когда их глаза привыкли к темноте нашего мира, ангелы спикировали вниз и их клинки рассекли первых бежавших к ним наших соотечественников. Остальные наши жители застыли в недоумении, чего стоило жизней ещё нескольким. А потом началась паника…и геноцид. Ангелы не жалели никого. Женщины, старики, дети…они догоняли их и убивали, безжалостно, кроваво. Чистую белизну крыльев марала кровь. Часть жителей, в том числе и мой отец, попытались сопротивляться, но казалось ангелов не взять ничем. Они ловко уклонялись и убивали ответными ударами. Убивали, убивали. Мы с матерью молились, чтобы это всё закончилось, чтобы нам помогли, ведь недалеко были военизированные части асмодеи. Но никто не пришёл. Последнее, что я помню, как клинок белокрылого пронзил мою мать, которая прикрыла меня от удара. Тёплая её кровь смешивалась с моей, мы умирали.

Очнулась я от жара. Огонь уже был совсем рядом, наш дом пылал. Моя рана затянулась ровно настолько, чтобы дать мне возможность не умереть, но чтобы не умереть окончательно, нужно было ещё попотеть. Нечеловеческими усилиями я вытянула труп моей матери из дома и не могла ступить дальше ни шагу. На месте поселения было пепелище, повсюду лежали трупы родных и знакомых. Не выжил никто. Спасенье не пришло. Не пришёл никто и на протяжении трёх дней, за которые я похоронила всех кого могла. После этого, собрав скромные пожитки, двинулась в сторону Пандемониума, нужно было рассказать о произошедшем. Несколько месяцев борьбы и лишений пришлось пережить, пока я добралась туда, приходилось драться с дикими зверями, искать способы пропитания и ночлег. И всё впустую. Стражи просто не впустили меня, сказав, что я не Даэва. Они не выслушали того, что я пыталась рассказать.

Мой путь лежал к таинственному Мунину, единственный, кто вне Пандемониума, мог рассказать мне, что произошло. Там же, на этом небольшом острове, от ведьм я узнала, что в будущем я смогу отомстить. Мунин же мне показал путь Даэва.

Чёрные крылья за спиной открыли мне вход в наш главный город, но стремления туда уже не было, желания сражаться тоже. В душе осталась только пустота, бесконечная пустота, с радостью сожравшая все чувства и эмоции. Ни боли, ни желаний, ни жажды мести, не осталось ничего.